EN

Алексей Нечаев: «Наша Миссия – Помогать Людям Жить»

10 декабря 2018 года исполнилось 30 лет с того дня, когда редакцию областной газеты «Комсомолец Каспия» (участник Альянса независимых региональных издателей) возглавил Алексей Нечаев. Накануне стало известно, что решением жюри Всероссийского конкурса журналистов «Золотой гонг-2018» Алексей Нечаев признан победителем в номинации «Редактор года». По этим поводам – интервью с награжденным юбиляром.

– Алексей, в Вашем кабинете разместилась симпатичная коллекция различных наград. Это все вехи Вашей тридцатилетней работы?
– Это, в том числе, безусловное признание профессионального мастерства многих замечательных журналистов, работающих и работавших в свое время в «Комсомольце Каспия», который за тридцать лет из просто газеты вырос в Издательский дом «Каспий». Признание читателей и профессионального сообщества – это очень приятно и мотивирует на дальнейшее развитие и расширение нашей деятельности. Нам всем – и редакторам, и журналистам – эти награды постоянно напоминают, что мы способны воплощать в жизнь самые серьезные проекты и что не все вершины нами еще покорены.

– Но ведь Вы могли не стать редактором «КК», и тогда, с большой долей вероятности, можно предположить, что астраханский медийный рынок выглядел бы несколько иначе?
– Предположить можно что угодно. Много региональных молодежных газет на постсоветском пространстве в свое время закрылись. Но «Комсомолец Каспия» выстоял. Случилось, то, что случилось. Нет смысла реконструировать другие версии.

– Хорошо, давайте по порядку. Как Вы пришли в журналистику?
– На волне перестройки. После Рыбвтуза я ходил в море судовым электромехаником. По шесть месяцев длились рейсы. Однообразие вахт, изматывающие авралы, команда, в которой у каждого моряка свои, в основном финансово-материальные, интересы. Ко мне постепенно пришло понимание, что моя жизнь может пройти, переполненная вот таким маловразумительным содержанием. Я не хотел так. А тут еще – по контрасту – в стране набирали силу перестроечные процессы. Помните: антиалкогольная кампания, госприемка, выборы директоров, демократизация, митинги, переоценка фактов официальной истории?.. Во всем этом хотелось участвовать, разобраться: что в нашей жизни было не так? Возвращаясь из рейсов, я много читал периодических изданий, и журналистика стала казаться мне инструментом, позволяющим не только изучать все эти процессы непосредственно, но и влиять на них. В общем, мне захотелось стать журналистом.


– Как Вы оказались в «КК»?
– Повезло. В «Комсомольце Каспия» работал мой хороший товарищ Виталий Абрамов. К тому времени он стал редактором и подбирал новый молодежный коллектив. Надо сказать, что он собрал очень хороший состав из молодых, неугомонных, по-хорошему авантюристичных журналистов, который и стал драйвером всех наших последующих газетных экспериментов и акций. Кроме этого, Абрамов перевел газету на новый формат выпуска – 12-страничный еженедельник — и еще много чего сделал. Виталий был настоящим реформатором. Зная мою любовь к литературе, аналитической публицистике и склонность к писательству, он и пригласил меня работать в редакцию. Было это в 1985 году.


– А через три года Вы стали редактором? Стремительная карьера…
– Вынужденная. В 1988 году Абрамов опубликовал в газете «Советская Россия» разгромную статью о работе Астраханского обкома КПСС и с триумфом уехал в Москву, работать в этом издании. Когда окончательно решился вопрос с его переездом, он предложил мне возглавить редакцию.

– Все так просто?
– Не просто. Я три дня раздумывал. Честно говоря, я вошел во вкус журналистской работы и хотел оставаться журналистом. Тем более что у меня появилась возможность в этом качестве перейти на работу в одно из центральных изданий СССР. Но в Астрахани обозначилась другая возможность – продолжать дело, которому мы – журналисты «КК» — посвятили три года жизни и неимоверное количество сил. Коллектив был проверенный, несмотря на молодость, достаточно опытный. Относительно газеты у нас была совместная мечта, определенные планы… Конечно, я лишался возможности писать, но мог обеспечить эту возможность своим коллегам-друзьям. В редакции витал юношеский дух свободомыслия и фронды ко всем «старорежимным» условностям. И было бы очень жаль, если при новом редакторе вся эта замечательная «движуха» была бы закончена. Я согласился с предложением Абрамова, чтобы быть гарантом выбранного курса.


– Почти полгода Вы успешно исполняли обязанности редактора, провели несколько крупных общественно значимых мероприятий. Все шло хорошо. Казалось, Вы всех устраивали. И вдруг – выборы. Вы стали кому-то неугодны?
– Насчет выборов редактора есть два мнения. Одно такое. «Комсомолец Каспия» в то время был рупором, и в чем-то даже символом, перемен в нашем регионе. Не случайно как раз коллектив «КК» провел первый грандиозный праздник газеты, задействовав всю территорию Астраханского кремля. Тогда ведь общественных праздников не было, кроме демонстраций. И опыта проведения подобных мероприятий ни у кого не было. На празднике было много площадок, на которых выступали артисты, барды, рок-группы, танцоры брейк-данса, показывали трюки мотоциклисты-рокеры (так в 80-х называли байкеров). И была площадка с открытым микрофоном, куда люди подходили и делились своими размышлениями и тревогами. Впоследствии все эти выступления мы без купюр опубликовали в двух выпусках «КК».


Это вызвало определенное недовольство у неких высокопоставленных чиновников. Но и, кроме этих, были еще другие. И не только публикации. Например, «КК» выступил соорганизатором первого большого массового экологического митинга против строительства водозаборного канала Волга-Чограй. Их было потом несколько. Такие митинги были в новинку и пугали власть. А мы к тому же о них подробно рассказывали 35 тысячам подписчиков.
Конечно, все это раздражало партаппаратчиков. Тем более что мы не ограничивались просто публикациями. Мы анонсировали их вызывающими обложками.


К работе мы относились творчески, дерзали. Иногда, возможно, перегибали палку. Все это не могло не вызвать настороженность в идеологическом отделе обкома партии. После критической статьи Виталия Абрамова там рассчитывали, что его преемник будет более покладистым. Но ошиблись. Поэтому, возможно, и была организована операция «выборы редактора». Понятно, что консервативно настроенным партчиновникам хотелось видеть на посту редактора «молодежки» товарища с таким же консервативным мышлением.
И есть вторая точка зрения: это была просто дань моде. Или, точнее, времени, в котором мы тогда жили. Всех выбирали на альтернативной основе: ректоров, директоров предприятий и научных центров, главврачей, секретарей парторганизаций. Чем редактор областной газеты лучше?

– Вам было не обидно: успешно проработав несколько месяцев, оказаться на выборах с неизвестным результатом?
– Конечно, это был нервозный период. Я уже успел поработать в этой должности. У меня появились определенные амбиции, подкрепленные доверием коллектива, мы наметили планы развития, появились новации, мы искали что-то свое, как в плане содержания, так в области оформления. Стоит пролистать подшивку того года, как это сразу бросается в глаза, особенно по сравнению с подшивками двух-трехлетней давности. Нам казалось, что у газеты наконец-то появляется свое неповторимое, привлекательное для читателей лицо. Страна менялась, и у нас создавалось впечатление, что мы на гребне этих перемен.

– Как коллектив отнесся к известию о выборах?
– Третьего секретаря обкома комсомола, который пришел сообщить коллективу это решение, – в его исполнении это звучало как «есть идея, которую надо обсудить» – коллектив забросал довольно злыми и неприятными вопросами. Разговор не получился. Коллектив был против, но выборы, тем не менее, назначили.

– Кто участвовал в выборах?
– Александр Сахнов, хорошо известный астраханский бард, Борис Москаленков, журналист с большим стажем, который в свое время работал в «КК», был знаменит огромными материалами в жанре «из зала суда», Владимир Фартушин – секретарь комсомольской организации трикотажного комбината и я. Мы все опубликовали свои программы на страницах «Комсомольца». Получали читательские отклики и готовились к обсуждению нас на Пленуме.

– Как все это отразилось на работе редакции?
– Что бы там ни происходило, надо было выпускать газету и двигаться по намеченному пути. У нас была большая читательская аудитория, и мы должны были оправдывать ее доверие. Все работали, но и пытались как-то повлиять на ситуацию. Дважды небольшие делегации ходили в обком партии, надеясь через старших товарищей повлиять на комсомольских активистов. Не помогло. Тогда два наших журналиста, два Владимира – Шпак и Пигарев, пришли ко мне и заявили, что приняли решение начать голодовку. Мне эту историю недавно напомнили. Честно говоря, в моей памяти она не задержалась. Говорят, что на их предложение о голодовке я ответил, что выборы должны пройти без насилия и шантажа.


– Как проходил тот Пленум, на котором Ваша кандидатура была утверждена?
– Пленум проходил бурно. Главным вопросом повестки дня был выбор первого секретаря Астраханского обкома ВЛКСМ. Там были сильные кандидатуры, и Александру Александровичу Жилкину победа досталась нелегко. На первый вопрос комсомольские лидеры потратили столько страстей, что выборы редактора прошли достаточно быстро. Присутствующие хорошо меня знали и по работе завотделом «Комсомольской жизни», и по работе на должности и.о. редактора, поэтому на голосовании я ощутимо опередил других кандидатов.

– Будучи избранным на Пленуме обкома ВЛКСМ, Вы не почувствовали себя ставленником комсомола?
– Нет. В молодости я никак не связывал свою судьбу с комсомолом. Со школьной скамьи я играл на гитаре, потом был участником рок-группы. Музыка была соответствующей. В те времена рок делили на «хороший» и «плохой» так же, как сегодня стали разделять рэп. К комсомольцам я всегда относился настороженно, как к «людям карьеры». То есть мы – музыканты, патлатые, джинсатые, а они все такие правильные. У нас с ними было мало общего. Но вот судьба совершила такой кульбит. Я пришел в газету и возглавил отдел «Комсомольской жизни». И, конечно, я должен был работать с комсомольскими функционерами, и обнаружилось, что это такие же здравомыслящие, увлеченные люди. Со многими я подружился и до сих пор поддерживаю отношения. Я пришел в счастливое время, когда состав обкома ВЛКСМ пополнила плеяда комсомольцев, которые понимали, что наше общество должно преобразиться.

– О переменах. После августа 1991 года все стало стремительно меняться. У вас тогда не возникало желания сменить название «Комсомолец Каспия»?
– Мы тоже поддались соблазну. Начали думать, как называться. Спорили. Но споры сами собой сошли на нет. «Комсомолец» стал нашей любимой работой, привязанностью, осуществленной мечтой. Он помог нам состояться профессионально, поверить в собственные силы. Мы все из «Комсомольца». Так случилось, что комсомол перестал существовать, но остался «Комсомолец Каспия». Это название в определенном смысле памятник эпохи, связь поколений.

– Что изменилось в Вашем подходе к журналистской деятельности за минувшие 30 лет?
– Мы пришли в журналистику для того, чтобы содействовать переменам в стране. Мы не думали, что газета – это способ зарабатывать деньги, например. Было ощущение, что вся страна тоже живет переменами. И было удивительное чувство единения с читателями. Вся наша тридцатилетняя история — это история поддерживания этой связи с нашими подписчиками и читателями, понимания их интересов и ожиданий.

За тридцать лет в журналистике произошли колоссальные перемены. Например, появилась такая странная «журналистика», которая может человека оболгать, оскорбить, что для нас категорически неприемлемо ни ранее, ни сейчас, ни в будущем. Еще, мы никогда не стремились быть органом пропаганды. Мы не навязываем нашим читателям какую-то одну точку зрения. У нас другая миссия – мы помогаем людям жить в наше непростое время. Даем им для этого всю необходимую информацию.
Тридцать лет назад мы начинали в розовых очках. Но в определенный момент пришло понимание, что эта романтика приведет нас в пропасть. Это была достаточно серьезная перенастройка представлений. Мы поняли: чтобы выжить, надо зарабатывать деньги. Поэтому создали ИД «Каспий», стали пробовать издавать самые разные печатные издания: газеты, журналы, создали информационный портал «КаспийИнфо». Естественный ход событий заставил нас снять розовые очки и, засучив рукава, учиться зарабатывать средства не только для существования, но и для развития.

– Вы могли бы как-нибудь метафорически охарактеризовать свое тридцатилетнее пребывание на посту редактора «КК»?
– Может быть, вот так? В свое время мне, как некоему перестроечному председателю, достался колхоз с пашней. И вот уже тридцать лет я вместе со своими журналистами сею на ней то гречиху, то просо, то ячмень… Но, бывает, саранча всходы попортит или град ненароком побьет, либо какие-нибудь жизнерадостные парашютисты упадут с неба и потопчут. Вот так все три десятилетия возделываем мы это поле, постигая при этом вкусы родного читателя, особенности нашего правового климата и готовясь к разного рода сюрпризам и новациям из области информационных технологий.

Источник: Астраханское региональное отделение Союза журналистов России